Неточные совпадения
Слова ли Чичикова были
на этот раз так убедительны, или же расположение
духа у Андрея Ивановича было как-то особенно настроено к откровенности, — он вздохнул и
сказал, пустивши кверху трубочный дым: «
На все нужно родиться счастливцем, Павел Иванович», — и рассказал все,
как было, всю историю знакомства с генералом и разрыв.
Скрепя сердце и стиснув зубы, он, однако же, имел присутствие
духа сказать необыкновенно учтивым и мягким голосом, между тем
как пятна выступили
на лице его и все внутри его кипело...
Губернаторша,
сказав два-три слова, наконец отошла с дочерью в другой конец залы к другим гостям, а Чичиков все еще стоял неподвижно
на одном и том же месте,
как человек, который весело вышел
на улицу, с тем чтобы прогуляться, с глазами, расположенными глядеть
на все, и вдруг неподвижно остановился, вспомнив, что он позабыл что-то и уж тогда глупее ничего не может быть такого человека: вмиг беззаботное выражение слетает с лица его; он силится припомнить, что позабыл он, — не платок ли? но платок в кармане; не деньги ли? но деньги тоже в кармане, все, кажется, при нем, а между тем какой-то неведомый
дух шепчет ему в уши, что он позабыл что-то.
— Да
как же в самом деле: три дни от тебя ни слуху ни
духу! Конюх от Петуха привел твоего жеребца. «Поехал, говорит, с каким-то барином». Ну, хоть бы слово
сказал: куды, зачем,
на сколько времени? Помилуй, братец,
как же можно этак поступать? А я бог знает чего не передумал в эти дни!
— Скажи-ка, хорошо
на мне сидит мундир?.. Ох, проклятый жид!..
как под мышками режет!.. Нет ли у тебя
духов?
А уж упал с воза Бовдюг. Прямо под самое сердце пришлась ему пуля, но собрал старый весь
дух свой и
сказал: «Не жаль расстаться с светом. Дай бог и всякому такой кончины! Пусть же славится до конца века Русская земля!» И понеслась к вышинам Бовдюгова душа рассказать давно отошедшим старцам,
как умеют биться
на Русской земле и, еще лучше того,
как умеют умирать в ней за святую веру.
И когда все было сделано
как нужно,
сказал речь козакам, не для того, чтобы ободрить и освежить их, — знал, что и без того крепки они
духом, — а просто самому хотелось высказать все, что было
на сердце.
— Я много читаю, — ответила она и широко улыбнулась, янтарные зрачки разгорелись ярче — Но я с Аристотелем, так же
как и с Марксом, — не согласна: давления общества
на разум и бытия
на сознание — не отрицаю, но
дух мой — не ограничен,
дух — сила не земная, а — космическая,
скажем.
— Там, в Кремле, Гусаров
сказал рабочим речь
на тему — долой политику, не верьте студентам, интеллигенция хочет
на шее рабочих проехать к власти и все прочее в этом
духе, —
сказала Татьяна
как будто равнодушно. — А вы откуда знаете это? — спросила она.
Вообще,
скажет что-нибудь в этом
духе. Он оделся очень парадно, надел новые перчатки и побрил растительность
на подбородке. По улице, среди мокрых домов, метался тревожно осенний ветер,
как будто искал где спрятаться, а над городом он чистил небо, сметая с него грязноватые облака, обнажая удивительно прозрачную синеву.
— Беспременно
скажи про нас, — говорила ей старуха Меньшова, в то время
как Маслова оправляла косынку перед зepкалом с облезшей наполовину ртутью, — не мы зажгли, а он сам, злодей, и работник видел; он души не убьет. Ты
скажи ему, чтобы он Митрия вызвал. Митрий всё ему выложит,
как на ладонке; а то что ж это, заперли в зàмок, а мы и
духом не слыхали, а он, злодей, царствует с чужой женой, в кабаке сидит.
И никому из присутствующих, начиная с священника и смотрителя и кончая Масловой, не приходило в голову, что тот самый Иисус, имя которого со свистом такое бесчисленное число раз повторял священник, всякими странными словами восхваляя его, запретил именно всё то, что делалось здесь; запретил не только такое бессмысленное многоглаголание и кощунственное волхвование священников-учителей над хлебом и вином, но самым определенным образом запретил одним людям называть учителями других людей, запретил молитвы в храмах, а велел молиться каждому в уединении, запретил самые храмы,
сказав, что пришел разрушить их, и что молиться надо не в храмах, а в
духе и истине; главное же, запретил не только судить людей и держать их в заточении, мучать, позорить, казнить,
как это делалось здесь, а запретил всякое насилие над людьми,
сказав, что он пришел выпустить плененных
на свободу.
— Да, «ключи», — вдруг ухватилась за слово бабушка и даже изменилась в лице, — эта аллегория — что она значит? Ты проговорился про какой-то ключ от сердца: что это такое, Борис Павлыч, — ты не мути моего покоя,
скажи,
как на духу, если знаешь что-нибудь?
— Бабушка! ты не поняла меня, —
сказала она кротко, взяв ее за руки, — успокойся, я не жалуюсь тебе
на него. Никогда не забывай, что я одна виновата — во всем… Он не знает, что произошло со мной, и оттого пишет. Ему надо только дать знать, объяснить,
как я больна, упала
духом, — а ты собираешься, кажется, воевать! Я не того хочу. Я хотела написать ему сама и не могла, — видеться недостает сил, если б я и хотела…
Но он действительно держал себя так,
как, по мнению Марьи Алексевны, мог держать себя только человек в ее собственном роде; ведь он молодой, бойкий человек, не запускал глаз за корсет очень хорошенькой девушки, не таскался за нею по следам, играл с Марьею Алексевною в карты без отговорок, не отзывался, что «лучше я посижу с Верою Павловною», рассуждал о вещах в
духе, который казался Марье Алексевне ее собственным
духом; подобно ей, он говорил, что все
на свете делается для выгоды, что, когда плут плутует, нечего тут приходить в азарт и вопиять о принципах чести, которые следовало бы соблюдать этому плуту, что и сам плут вовсе не напрасно плут, а таким ему и надобно быть по его обстоятельствам, что не быть ему плутом, — не говоря уж о том, что это невозможно, — было бы нелепо, просто
сказать глупо с его стороны.
— Ну, вот видите, —
сказал мне Парфений, кладя палец за губу и растягивая себе рот, зацепивши им за щеку, одна из его любимых игрушек. — Вы человек умный и начитанный, ну, а старого воробья
на мякине вам не провести. У вас тут что-то неладно; так вы, коли уже пожаловали ко мне, лучше расскажите мне ваше дело по совести,
как на духу. Ну, я тогда прямо вам и
скажу, что можно и чего нельзя, во всяком случае, совет дам не к худу.
— Ну чего, подлый человек, от нее добиваешься? —
сказала она, толкая в дверь Василья, который торопливо встал, увидав ее. — Довел девку до евтого, да еще пристаешь, видно, весело тебе, оголтелый,
на ее слезы смотреть. Вон пошел. Чтобы
духу твоего не было. И чего хорошего в нем нашла? — продолжала она, обращаясь к Маше. — Мало тебя колотил нынче дядя за него? Нет, все свое: ни за кого не пойду,
как за Василья Грускова. Дура!
За чаем стали опять говорить о привидениях и злых
духах. Захаров все домогался,
какой черт у гольдов. Дерсу
сказал, что черт не имеет постоянного облика и часто меняет «рубашку», а
на вопрос, дерется ли черт с добрым богом Эндури, гольд пресерьезно ответил...
Нина Александровна укорительно глянула
на генерала и пытливо
на князя, но не
сказала ни слова. Князь отправился за нею; но только что они пришли в гостиную и сели, а Нина Александровна только что начала очень торопливо и вполголоса что-то сообщать князю,
как генерал вдруг пожаловал сам в гостиную. Нина Александровна тотчас замолчала и с видимою досадой нагнулась к своему вязанью. Генерал, может быть, и заметил эту досаду, но продолжал быть в превосходнейшем настроении
духа.
— Та только песня Богу угодна и приятна, что поется по наитию, когда святый
дух накатит
на певца, —
сказал Пахом. — А что наперед придумано, то не годится; все одно,
как старая, обветшалая церковная песня.
— Помните ли,
как на Духов день я вам сказывала, что подслушала разговор Марьи Ивановны с Дунюшкой? —
сказала Дарья Сергевна.
— Когда я в первый раз увидала тебя, Дунюшка, была я тогда в
духе, и ничто земное тогда меня не касалось, ни о чем земном не могла и помышлять, —
сказала Катенька, взявши Дуню за руку. — Но помню, что
как только я взглянула
на тебя, — увидала в сердце твоем неисцелевшие еще язвы страстей… Знаю я их, сама болела теми язвами, больше болела, чем ты.
— Когда
дух святый снидет
на тебя, душа твоя и тело обратятся в ничто, —
сказала Катенька. — Ни тело тогда не чувствует, ни душа. Нет ни мыслей, ни памяти, ни воли, ни добра, ни зла, ни разума, ни безумия… Ты паришь тогда в небесных кругах, и нет слов рассказать про такое блаженство… Не испытавши, невозможно его понять… Одно слово — соединенье с Богом. В самом раю нет радостей и наслажденья больше тех,
какие чувствуешь, когда
дух святый озарит твою душу.
— Здесь сионская горница, —
сказала Марья Ивановна. — Такая же, в
какой некогда собраны были апостолы, когда сошел
на них
дух святый. И здесь увидишь то же самое. Смотри, — продолжала она, подходя с Дуней к картине «Излияние благодати».
Да и то надо
сказать, разве Коля, подобно большинству его сверстников, не видал,
как горничная Фрося, такая краснощекая, вечно веселая, с ногами твердости стали (он иногда, развозившись, хлопал ее по спине),
как она однажды, когда Коля случайно быстро вошел в папин кабинет, прыснула оттуда во весь
дух, закрыв лицо передником, и разве он не видал, что в это время у папы было лицо красное, с сизым,
как бы удлинившимся носом, и Коля подумал: «Папа похож
на индюка».
— Худых дел у меня не затеяно, — отвечал Алексей, — а тайных дум, тайных страхов довольно… Что тебе поведаю, — продолжал он, становясь перед Пантелеем, — никто доселе не знает. Не говаривал я про свои тайные страхи ни попу
на духу, ни отцу с матерью, ни другу, ни брату, ни родной сестре… Тебе все
скажу…
Как на ладонке раскрою… Разговори ты меня, Пантелей Прохорыч, научи меня, пособи горю великому. Ты много
на свете живешь, много видал, еще больше того от людей слыхал… Исцели мою скорбь душевную.
И теперь, с гримасами отвращения прихлебывая черную, крепкую горькую бурду, подпоручик глубоко задумался над своим положением. «Гм… во-первых,
как явиться без подарка? Конфеты или перчатки? Впрочем, неизвестно,
какой номер она носит. Конфеты? Лучше бы всего
духи: конфеты здесь отвратительные… Веер? Гм!.. Да, конечно, лучше
духи. Она любит Эссбуке. Потом расходы
на пикнике: извозчик туда и обратно,
скажем — пять,
на чай Степану — ррубль! Да-с, господин подпоручик Ромашов, без десяти рублей вам не обойтись».
Он был, по их речам, и страшен и злонравен. И, верно, Душенька с чудовищем жила. Советы скромности в сей час она забыла, Сестры ли в том виной, судьба ли то, иль рок, Иль Душенькин то был порок, Она, вздохнув, сестрам открыла, Что только тень одну в супружестве любила, Открыла,
как и где приходит тень
на срок, И происшествия подробно рассказала, Но только лишь
сказать не знала, Каков и кто ее супруг, Колдун, иль змей, иль бог, иль
дух.
— Что же вас так удивило это?.. —
сказал тот. — Я говорю это
на том основании, что Татарино-Никитовцы имели весьма сходные обряды с хлыстами, так же верят в сошествие
на них
духа святого… Екатерина Филипповна у них так же пророчествовала,
как хлыстовки некоторые.
Великий мастер, который был не кто иной,
как Сергей Степаныч, в траурной мантии и с золотым знаком гроссмейстера
на шее, открыв ложу обычным порядком, сошел со своего стула и, подойдя к гробу, погасил
на западе одну свечу, говоря: «Земля еси и в землю пойдеши!» При погашении второй свечи он произнес: «Прискорбна есть душа моя даже до смерти!» При погашении третьей свечи он
сказал: «Яко возмеши
дух, и в персть свою обратится».
— Я-с. Еще со вчерашнего дня, и всё, что мог, чтобы сделать честь… Марья же Тимофеевна
на этот счет, сами знаете, равнодушна. А главное, от ваших щедрот, ваше собственное, так
как вы здесь хозяин, а не я, а я, так
сказать, в виде только вашего приказчика, ибо все-таки, все-таки, Николай Всеволодович, все-таки
духом я независим! Не отнимите же вы это последнее достояние мое! — докончил он умилительно.
Ласковые слова императрицы довершили остальное. Не стараясь узнать,
какое горе терзает его, она с присущими ей мягкостью и тактом обошла этот вопрос в разговоре с Григорием Александровичем. Она указала ему
на тот высокий жребий, который выпадает
на его долю велением судьбы, и
сказала, что человек, призванный утешать горе многих, должен, если не забыть о своем, то иметь столько силы
духа, чтобы не предаваться ему чрезмерно.
— Слушай и не перебивай, я тебе,
как на духу, во всем откроюсь, тогда ты сама
скажешь, что мне остаток своих дней не о мирском, а о небесном думать надо…
Сказать, что люди не равны, всё равно что
сказать, что огонь в печи,
на пожаре, в свече не равен между собой. В каждом человеке живет
дух божий.
Как же мы можем делать различие с носителями одного и того же
духа божия?
В таком расположении
духа я приехал
на первый экзамен. Я сел
на лавку в той стороне, где сидели князья, графы и бароны, стал разговаривать с ними по-французски, и (
как ни странно
сказать) мне и мысль не приходила о том, что сейчас надо будет отвечать из предмета, который я вовсе не знаю. Я хладнокровно смотрел
на тех, которые подходили экзаменоваться, и даже позволял себе подтрунивать над некоторыми.
— Ну, и ничего, comme vous voyez! [
Как видите сами (фр.).] Но, знаете ли,
как бы ни была раздражена толпа,
на нее всегда действует, и эдак магически действует, если против нее и даже, так
сказать, в сердце ее появляется человек с неустрашимым присутствием
духа… Это покоряет.
— Не желаю, — тихо и
как бы стыдливо
сказал, наконец, Верхохлебов, упорно глядя
на ковер сильно потупленными глазами. В эту минуту у него просто
дух захватило, «а ну,
как хватит, каналья, сейчас такую цифрищу, от которой семь кругов огненных в глазах заколесятся?!»
Доброго настроения ее
духа нимало не испортила даже откровенность Жозефа, который, наконец, решился признаться сестре, что он прогусарил ее деньгами, но только уже не оправдывался тем, что его обокрали,
как он думал
сказать прежде, а прямо открылся, что, переехав границу, куда должен был бежать от преследования за дуэль, он в первом же городе попал
на большую игру и, желая поправить трудные обстоятельства, рискнул, и сначала очень много выиграл, но увлекся, не умел вовремя забастовать и проигрался в пух.
— Пиши, пиши, отец мой, —
сказал он шопотом,
как будто предполагая, что какой-нибудь
дух сидит между им и бумагой, и, боясь спугнуть его, без шума, потихоньку сел
на пол. Когда дядя Ерошка бывал пьян, любимое положение его бывало
на полу. Оленин оглянулся, велел подать вина и продолжал писать. Ерошке было скучно пить одному; ему хотелось поговорить.
Собравшись с
духом, ободряемый словами Алакаевой, Алексей Степаныч напялил мундир или, вернее
сказать, надел его
на себя,
как на вешалку, потому что очень похудел, и отправился к товарищу наместника.
Я слышал сам,
как она рассказывала, что в первые минуты совсем было сошла с ума; но необычайная твердость
духа и теплая вера подкрепили ее, и она вскоре решилась
на такой поступок,
на какой едва ли бы отважился самый смелый мужчина: она велела заложить лошадей,
сказавши, что едет в губернский город, и с одною горничною девушкой, с кучером и лакеем отправилась прямо в Парашино.
Они ушли, оставив дверь террасы настежь. Агапов запер дверь. Взволнованные, долго все сидели в Асиной спальне и обменивались впечатлениями. Кухарка рассказывала,
как солдаты наставили
на нее винтовки и принудили
сказать про телеграмму. Валялись
на полу затоптанные сапогами простыни, тонкий аромат
духов мешался с запахом застарелого пота и винного перегара. Уже стало светать, когда все разошлись и легли спать.
— В городе, —
сказал он, — жизнь текла по прежнему… Порт-артурцы точно привыкли к бомбардировкам. Тем более, что в это время был большой подъём
духа — прибыл С. О. Макаров, так трагически погибший 30 марта.
На него возлагались большие надежды… Он вдохнул
дух отваги даже в мирных обывателей. Бомбардировка 9 марта не произвела
на них никакого впечатления… В городе было обычное движение… Я
как раз в это время ехал
на «рикше» [извозчик.] по главной улице, когда послышались залпы из японских орудий…
— Ага! Вот ты
как! Так вот
как! — заспешила она, волнуясь и задыхаясь, — полюбуйтесь
на нее, дети! Хороша! Нечего
сказать! Преступница! Дрянная злюка! Лгунья! Воровка! Ага! Осмелилась! Ну, да ладно — получишь свое, поделом получишь! Поделом! Марш со мною сейчас к Екатерине Ивановне! И
духу твоего завтра же не будет у нас, мерзкая девчонка!
Но
скажите тому же квартальному: друг мой!
на тебя возложены важные и скучные обязанности, но для того, чтобы исполнение их не было слишком противно, дается тебе в руки власть — и вы увидите,
как он воспрянет
духом и
каких наделает чудес!
Так
как я ездил
на собственной четверке, то
на половинной дороге из Федоровки пришлось кормить в Стецовке, и я заехал к новому командиру третьего эскадрона Крюднеру. Крюднер, вероятно, уже пообедал, да в тяжком расположении
духа я бы отказался от всякой пищи. Но, желая быть любезным хозяином, Крюднер
сказал: «Я привез с собою из Лифляндии рижского доппель-кюммелю, и мы с тобою выпьем».
Кончилось наконец прощание. Принялись закрывать гроб. В течение всей службы у меня
духа не хватило прямо посмотреть
на искаженное лицо бедной девушки; но каждый раз,
как глаза мои мельком скользили по нем, «он не пришел, он не пришел», казалось мне, хотело
сказать оно. Стали взводить крышу над гробом. Я не удержался, бросил быстрый взгляд
на мертвую. «Зачем ты это сделала?» — спросил я невольно… «Он не пришел!» — почудилось мне в последний раз…
— А испытания
какие Господь посылал
на Кладенец… Татарский погром обрушился
на наш край после разорения Владимира
на Клязьме… Пришла гибель Кладенцу. Его князь один из немногих не пал
духом и пошел
на врагов и погиб в рядах своей рати… Шутка
сказать, когда это было: пятьсот с лишком лет назад… И хан Берку чуть опять не истребил нашего города, и царевич татарский Драшна грозил ему огнем и мечом!
— А к тому, что вы, господа, все о подъеме своего
духа толкуете…
Какой же тут подъем,
скажи на милость, ежели ни у кого верного дохода в три тысячи рублей нет?.. И велика приманка — жалованье,
какое у меня лоцман получает или мелкий нарядчик!..
— Um Erlaubniss [С позволения
сказать (нем.).], люди, о которых вы говорите, каждый из них достойный, более или менее, аттенции и любви царского величества, с юных лет выведены прозорливостью его
на степень, ими заслуженную. Они успели уже напитаться его
духом и перевоспитать себя; действуют теперь из амбиции, из награды, из славы! Но ваш…
как вы его называете?